Александр Розенбаум

✖

Тональность: ▼ 0 ▲

1 из 6

2 из 6

3 из 6

4 из 6

5 из 6

6 из 6

 

 

1 из 4

2 из 4

3 из 4

4 из 4

1 из 2

2 из 2

 

1 из 7

2 из 7

3 из 7

4 из 7

5 из 7

6 из 7

7 из 7

1 из 5

2 из 5

3 из 5

4 из 5

5 из 5

 

 

         Am                              Dm
Ах, как хлеб стоял, раболепствуя, перед ветром, рвущим колосья ржи.
 E7+5             E7              Am           Hm7   E7
Озерцо цвело, и лицом в село я уткнулся возле сырой межи.
        Am                            Dm
Где-то конь заржал, поплыла баржа по реке, что от мамки в пяти верстах,
       E7+5            E7                Am               Hm7      E7
А я на той барже был тогда блажен, да и жизнь была, как цветок, проста.

Но разросся куст, ягода в соку, потекла через пальцы чужим вином.
Бессребреник, по поребрикам я в обнимку ходил со своей виной.
Город гнал в листву, барабанов стук отзывался жалейкой в груди легко,
Свежим воздухом, ливнем, грозами, и дурманом навозным, и молоком.

Припев:
             Dm7               G
  Шинелькой серою с Надеждой, Верою
          C              F
  Мы укрывались летним сном.
           Dm              E7
  Хватало неба нам, любови не было -
         Am
  Она крутила не со мной.
            Dm7                      G
  И как-то просто так вдруг стали взрослыми,
         C                   F
  А старики нашли заветный ключ
           Dm              E7
  В поля печальные, куда отчаянно
            Am       Fmaj7  Hm7 E7
  Я каждой осенью стремлюсь.

Канитель моя в гранд-отель «Хайат» покатилась клубком под Витька баян.
Раскачалась высь, закричала выпь и очнулся я в белой палате пьян.
Санитар-«качок», раззудись плечо и сестричка - с ума от неё сойти.
И пуста уха, и черёмуха мне шептала в окно: «Это сердца тиф».

Припев:
  А я и знать не знал, что это добрый знак,
  И зарывался глубже в снег
  Прохладной простыни, на сердце оспины,
  Хотелось спрятаться от всех.
  А я и знать не знал, что это добрый знак,
  И всё смотрел на купола
  Златоголовые, чума еловая
  Меня опять к себе звала.

И ел укромно я всё скоромное и хоромов не знал, и душил свой смех.
Но прицепной вагон, как со дна багор, подхватил, потащил мою душу вверх.
И полез кормить перелесками малых пташек и зайцев, как дед Мазай.
И на меня опять сошла благодать, и опять заблестели мои глаза.

Припев:
  И снова серою шинелькой с Верою
  Мы укрываемся в ночи.
  Надежда-молодость, нам с ней не холодно,
  Любовь на выселках кричит.
  Пусть подождёт та дверь, куда уйду навек,
  Однажды взяв заветный ключ.
  В поля печальные, куда отчаянно
  Теперь я больше не стремлюсь.
  Пусть подождёт та дверь, куда уйду навек,
  Однажды взяв заветный ключ.
  В поля печальные, куда отчаянно
  Отныне больше не стремлюсь.